Пак Татьяна

Раньше я чувствовала одиночество среди людей, потому что мой внутренний мир сильно отличается от большинства.

Мой мозг работает иначе: обрабатывает слишком много информации за секунду — сознательно и бессознательно, из-за чего я быстро устаю от людных и шумных мест.
С детства я размышляла на глубокие темы: смысл жизни, смерть, будущее, кто я, какие люди. Эти вопросы волновали меня больше, чем игрушки и новые телефоны, в отличие от моих сверстников.

Я чувствую слишком много: с детства у меня сильная интуиция и я часто знала, что произойдет. Меня никто не понимал и не верил.

В 7-8 лет я жила в коттеджном поселке, у нас было 2 участка с домами. Я играла во втором доме одна, но потом резко почувствовала тревогу, все бросила и побежала в другой дом, где были родители. Через час во втором доме начался пожар. Проводка перегорела. Дом сгорел со всеми моими вещами и игрушками.

Это не единственная подобная история.

Тогда я не знала, что я эмпат и со мной все в порядке, просто у меня есть особенности. Об этом я узнала в 16 лет у своего психотерапевта. А сейчас я читаю научную книгу, в которой такие, как я, называются СВЧ (Сверхчувствительный человек). Нас 15-20% в мире.

Настоящая причина моего одиночества в прошлом была не в том, что меня никто не понимал, а в том, что я сама себя не понимала.

Сейчас меня окружают люди, близкие по духу, в основном такие же эмпаты, чему я очень рада. А ведь когда-то я пыталась быть «как все», вписаться в общество, уменьшить себя, терпеть, отрицать свои особенности — потому что боялась своей уникальности. Я была внутренне несвободна.

Сейчас все иначе. Я уже почти забыла, каково это.

Всё это — не просто моя личная история. Это и есть мой профессиональный инструмент.
Я хороший проводник и психолог, не вопреки своей сверхчувствительности и способности «зреть в корень», а благодаря.

Я чувствую, когда люди врут, когда за шутками — боль, за улыбками и дружелюбием — зависть, за показной уверенностью — чувство потерянности, читаю то, что не сказано словами, между строк, считываю атмосферу в помещениях, в коллективах.

Я научилась с этим жить, не закрываясь. А используя это во благо себе и людям.

Меня давно не смущает, что кому-то я не нравлюсь из-за своей яркости и прямоты. Я знаю: для кого-то именно это становится надеждой и огнем, который помогает зажечь их собственный.

Те, кто хочет оставаться в «тени» — отходят. А кто готов открыть свой «свет» — приходят.

И в этой честности с собой и миром — моя свобода и сила.

Ваша «слабость» часто — ваша сила, которой нужно просто научится пользоваться. Именно это мы делаем в терапии.